chore(release): 2.0.0-beta.14 (#57)

Co-authored-by: by-sonic <171230345+by-sonic@users.noreply.github.com>

Cargo.lock

@@ -3553,7 +3553,7 @@ dependencies = [
 
 [[package]]
 name = "tglock"
-version = "2.0.0-beta.12"
+version = "2.0.0-beta.14"
 dependencies = [
  "aes",
  "cipher",

Cargo.toml

@@ -1,6 +1,6 @@
 [package]
 name = "tglock"
-version = "2.0.0-beta.12"
+version = "2.0.0-beta.14"
 edition = "2021"
 rust-version = "1.88"
 description = "Telegram unblock via local WebSocket tunnel"
@@ -65,3 +65,9 @@ rand = "0.8"
 
 [build-dependencies]
 tauri-build = { version = "2", features = [], optional = true }
+
+[dev-dependencies]
+# `start_paused` в тестах: таймаут ожидания запроса от клиента — десять секунд,
+# и ждать их по-настоящему в тесте нельзя. В сборку не попадает: dev-зависимости
+# участвуют только в тестах.
+tokio = { version = "1", features = ["test-util"] }

docs/ARCHITECTURE_V2.md

@@ -116,6 +116,32 @@ LAN-режим превращал бы машину в открытый прок
 Счётчик `ws_failures` от них отличается тем, что растёт после успешного
 рукопожатия с клиентом: там договорились с клиентом, но не смогли с Telegram.
 
+### Почему не поднялся туннель
+
+`ws_failures` говорит, что каскад маршрутов упал целиком, и молчит о причине.
+Текст с перечислением попыток собирался в `TransportEngine::connect` и там же
+пропадал: наверх уходил `Err`, который выбрасывался в `serve`. При `туннелей 0`
+и растущих сбоях отличить «провайдер режет закреплённые адреса» от «воркер
+отвечает отказом» было нечем — ровно та стена, в которую упёрся репортёр #50.
+
+Теперь причина попадает в журнал одной строкой на каждый набор отказов:
+
+```
+Не поднялся туннель до DC2: 149.154.167.51 — не отвечает (таймаут TCP);
+kws2.web.telegram.org — таймаут TLS/WebSocket; my.workers.dev — рукопожатие
+WebSocket: HTTP error: 403 Forbidden
+```
+
+Дедупликация журнала делает эту строку разовой: маршруты у DC стабильны, и
+повтор той же комбинации отказов не пишется.
+
+Домены Cloudflare Worker отчитываются так же. Строка, не похожая на имя хоста,
+раньше отбрасывалась молча — `https://name.workers.dev/` со схемой или слэшем не
+проходит `valid_domain`, маршрут не появлялся, и «воркер настроен» ничем не
+отличалось от «воркера нет». Теперь отвергнутая строка называется вместе с
+причиной, а принятая подтверждается: `Cloudflare Worker в списке маршрутов:
+name.workers.dev`.
+
 ## Туннель: два независимых направления
 
 Каждое клиентское соединение получает свой WebSocket-туннель, и внутри него
@@ -207,6 +233,14 @@ Worker должен принимать WebSocket на:
 добавить собственную авторизацию до стабильного релиза; поэтому Worker
 остаётся расширенной опцией alpha-версии.
 
+Запись в сокет Telegram обязана быть последовательной: следующий чанк уходит
+после того, как записан предыдущий, и только когда писатель к этому готов
+(`writer.ready`). В `worker/tglock-worker.js` этого не было — `write()`
+вызывался поверх незавершённого, без backpressure. Пока в клиенте голодала
+отправка, настоящего потока вверх через воркер не возникало и это не
+проявлялось; после того как голодание починили, поток появился. Кто разворачивал
+воркер раньше — обновите скрипт.
+
 ## Current limitations
 
 - SNI camouflage не включена: небезопасное отключение hostname verification
@@ -229,5 +263,9 @@ Worker должен принимать WebSocket на:
   CLI собирается одной командой. Подробно — в разделе README про антивирус.
 - Работоспособность медиа зависит от конкретного DC аккаунта и доступности
   Telegram/Cloudflare у провайдера.
+- Соединение, открытое клиентом и молчащее дольше `IO_TIMEOUT` (10 секунд),
+  закрывается. Для клиента, открывающего соединения про запас, это норма; счётчик
+  «промолчали» показывает, как часто это происходит, — раньше такие соединения
+  не попадали никуда.
 - Пулы заранее открытых WebSocket-соединений будут добавлены после измерения,
   что они не создают лишнюю нагрузку и не ухудшают стабильность.

docs/CLOUDFLARE_WORKER.md

@@ -41,6 +41,8 @@
 
 Если вернулось `not found` — проверь, что путь именно `/apiws`. Если ошибка про `cloudflare:sockets` — у воркера слишком старая дата совместимости, поставь в **Settings → Compatibility date** сегодняшнюю.
 
+> **Разворачивал воркер до 2.0.0-beta.14 — обнови скрипт.** В прежней версии запись в сокет Telegram шла без ожидания предыдущей и без backpressure. Пока в клиенте голодала отправка, через воркер не проходило настоящего потока вверх и это не проявлялось; после того как голодание починили в beta.12, поток появился.
+
 ## Подключение в TGLock
 
 **В приложении:** Настройки → поле **Cloudflare Worker** → вставь `tglock.имя.workers.dev` → Сохранить. Настройки меняются только при выключенной защите.

package.json

@@ -1,7 +1,7 @@
 {
   "name": "tglock-ui",
   "private": true,
-  "version": "2.0.0-beta.12",
+  "version": "2.0.0-beta.14",
   "type": "module",
   "scripts": {
     "dev": "vite --port 1420",

src/bin/cli.rs

@@ -224,14 +224,16 @@ async fn watch_status(stats: Arc<proxy::Stats>) {
             stats.route_failures(),
             stats.blocked.load(Ordering::Relaxed),
             stats.unknown_clients.load(Ordering::Relaxed),
+            stats.silent_clients.load(Ordering::Relaxed),
         );
         if previous.as_ref() == Some(&current) {
             continue;
         }
-        let (active, tunnels, dc, route, failures, route_failures, blocked, unknown) = current;
+        let (active, tunnels, dc, route, failures, route_failures, blocked, unknown, silent) =
+            current;
         let line = format!(
             "соединений {active} · туннелей {tunnels} · {} · {} · сбоев {failures} · \
-             падений маршрутов {route_failures} · отклонено {blocked} · не опознано {unknown}",
+             падений маршрутов {route_failures} · отклонено {blocked} · не опознано {unknown} ·              промолчали {silent}",
             if dc > 0 {
                 format!("DC{dc}")
             } else {

src/main.rs

@@ -56,6 +56,12 @@ struct StatusSnapshot {
     /// Клиенты, которые дошли, но не сумели договориться. Почти всегда это
     /// ссылка `tg://proxy` от прошлого запуска, то есть другой секрет.
     unknown_clients: u32,
+    /// Соединения, которые открылись и ничего не прислали до таймаута.
+    ///
+    /// Растущее число в такт с переподключениями клиента означает, что он
+    /// открывает соединения впрок, а мы закрываем их по таймауту
+    /// (by-sonic/tglock#42).
+    silent_clients: u32,
     uptime_seconds: u64,
     port: u16,
     /// Адрес, который нужно вписать в Telegram на другом устройстве.
@@ -128,6 +134,7 @@ impl AppState {
             route_failures: self.stats.route_failures(),
             blocked: self.stats.blocked.load(Ordering::Relaxed),
             unknown_clients: self.stats.unknown_clients.load(Ordering::Relaxed),
+            silent_clients: self.stats.silent_clients.load(Ordering::Relaxed),
             uptime_seconds: self
                 .started_at
                 .lock()

src/proxy.rs

@@ -41,6 +41,15 @@ pub struct Stats {
     /// прошлого запуска. Такое соединение закрывалось молча, и по диагностике
     /// отличить его от рабочего было нельзя.
     pub unknown_clients: AtomicU32,
+    /// Сколько соединений открылось и ничего не прислало за `IO_TIMEOUT`.
+    ///
+    /// Такое соединение закрывается по таймауту и до сих пор не попадало ни в
+    /// один счётчик: `unknown_clients` растёт, только когда запрос пришёл и не
+    /// разобрался, а не когда его не дождались. По диагностике это выглядело
+    /// как соединение без туннеля и ничего больше — а репортёр #42 видел, что
+    /// его телефон переустанавливает соединение примерно раз в десять секунд,
+    /// то есть ровно с этим периодом.
+    pub silent_clients: AtomicU32,
     /// DC и маршрут последнего поднятого туннеля, упакованные в одно значение.
     ///
     /// Раньше это были два независимых поля: номер писало соединение при
@@ -113,6 +122,7 @@ impl Stats {
             ws_failures: AtomicU32::new(0),
             blocked: AtomicU32::new(0),
             unknown_clients: AtomicU32::new(0),
+            silent_clients: AtomicU32::new(0),
             last_tunnel: AtomicU32::new(0),
             transport: crate::transport::TransportEngine::new(),
             secret,
@@ -158,6 +168,25 @@ impl Stats {
         self.note(format!("Клиент {who}: {reason}"));
     }
 
+    /// Клиент открыл соединение и не сказал ничего.
+    ///
+    /// Отличается от `note_unknown_client` тем, что там запрос пришёл и не
+    /// разобрался, а здесь его не дождались. Для клиента, который открывает
+    /// соединения про запас, это норма; для клиента, который переоткрывает их
+    /// в такт с таймаутом, — нет, и разницу видно только по счётчику
+    /// (by-sonic/tglock#42).
+    fn note_silent_client(&self, peer: Option<SocketAddr>, reason: &str) {
+        self.silent_clients.fetch_add(1, Ordering::Relaxed);
+        let who = match peer {
+            Some(peer) => peer.ip().to_string(),
+            None => "неизвестный адрес".to_owned(),
+        };
+        self.note(format!(
+            "Клиент {who}: {reason} за {} с — соединение закрыто",
+            IO_TIMEOUT.as_secs()
+        ));
+    }
+
     /// Отметить, что до прокси дотянулось устройство из сети, а не с этой машины.
     ///
     /// Это первое, что нужно знать при разборе LAN-режима: если строки нет,
@@ -217,7 +246,18 @@ impl Stats {
             .filter(|value| !value.trim().is_empty())
             .map(str::to_owned)
             .collect::<Vec<_>>();
-        self.transport.set_worker_domains(&domains);
+        let result = self.transport.set_worker_domains(&domains);
+        // Молчание здесь неотличимо от «воркер работает»: пока строка не
+        // попадала в список маршрутов, об этом не сообщалось ничем, и человек
+        // считал резервный маршрут настроенным (by-sonic/tglock#50).
+        for rejected in &result.rejected {
+            self.note(format!(
+                "Cloudflare Worker «{rejected}» не похож на имя хоста — маршрут не добавлен.                  Нужно только имя, без https:// и без косой черты: example.workers.dev"
+            ));
+        }
+        for accepted in &result.accepted {
+            self.note(format!("Cloudflare Worker в списке маршрутов: {accepted}"));
+        }
     }
 
     pub fn stop(&self) {
@@ -338,9 +378,13 @@ async fn detect_protocol(
     stats: &Stats,
 ) -> Result<Protocol, Box<dyn std::error::Error + Send + Sync>> {
     let mut probe = [0; INIT_LEN];
-    let peeked = tokio::time::timeout(IO_TIMEOUT, stream.peek(&mut probe[..1]))
-        .await
-        .map_err(|_| "client protocol detection timeout")??;
+    let peeked = match tokio::time::timeout(IO_TIMEOUT, stream.peek(&mut probe[..1])).await {
+        Ok(peeked) => peeked?,
+        Err(_) => {
+            stats.note_silent_client(stream.peer_addr().ok(), "не прислал ни байта");
+            return Err("client protocol detection timeout".into());
+        }
+    };
     if peeked == 0 {
         return Ok(Protocol::Empty);
     }
@@ -511,9 +555,15 @@ async fn handle_mtproto(
     stream.set_nodelay(true)?;
     let peer = stream.peer_addr().ok();
     let mut init = [0; 64];
-    tokio::time::timeout(IO_TIMEOUT, stream.read_exact(&mut init))
-        .await
-        .map_err(|_| "MTProto init timeout")??;
+    match tokio::time::timeout(IO_TIMEOUT, stream.read_exact(&mut init)).await {
+        Ok(result) => {
+            result?;
+        }
+        Err(_) => {
+            stats.note_silent_client(peer, "начал MTProto-init и не дослал его");
+            return Err("MTProto init timeout".into());
+        }
+    }
     let parsed = match crate::mtproto::parse_client_init(&init, &stats.secret) {
         Some(parsed) => parsed,
         None => {
@@ -665,7 +715,17 @@ async fn ws_tunnel(
 ) -> Result<(), Box<dyn std::error::Error + Send + Sync>> {
     use futures_util::{SinkExt, StreamExt};
 
-    let (ws, connected) = stats.transport.connect(dc, media).await?;
+    let (ws, connected) = match stats.transport.connect(dc, media).await {
+        Ok(connected) => connected,
+        Err(error) => {
+            // Единственное место, где известно, ПОЧЕМУ туннеля нет. Раньше
+            // текст уходил в `Err` и там пропадал: оставался счётчик сбоев без
+            // причины, и отличить «провайдер режет адреса» от «воркер отвечает
+            // отказом» было нечем (by-sonic/tglock#50).
+            stats.note(error.clone());
+            return Err(error.into());
+        }
+    };
     let _tunnel = EstablishedTunnel::new(stats);
     stats.note_tunnel(dc, connected.route.kind.ui_code());
 
@@ -1473,6 +1533,208 @@ mod tests {
         let _ = server.await.unwrap();
     }
 
+    /// Диагностика обязана называть причину, а не только считать сбои.
+    ///
+    /// При `туннелей 0` счётчик сбоев говорит, что не получилось, и молчит о
+    /// том, почему. Текст ошибки собирался и выбрасывался, и разобрать
+    /// «провайдер режет адреса» против «воркер отвечает отказом» было нечем
+    /// (by-sonic/tglock#50).
+    #[tokio::test]
+    async fn a_cascade_that_failed_says_why_in_the_log() {
+        let dead = TcpListener::bind("127.0.0.1:0").await.unwrap();
+        let dead_port = dead.local_addr().unwrap().port();
+        drop(dead);
+
+        let stats = Stats::new();
+        stats.transport.force_local_route(dead_port);
+        let (port, server) = start_proxy(stats.clone(), false).await;
+
+        let init = unambiguous_client_init(&stats.secret, 2);
+        let mut client = TcpStream::connect(("127.0.0.1", port)).await.unwrap();
+        client.write_all(&init).await.unwrap();
+
+        wait_until("сбой засчитан", || {
+            stats.ws_failures.load(Ordering::Relaxed) > 0
+        })
+        .await;
+
+        let events = stats.drain_events();
+        let named = events
+            .iter()
+            .find(|event| event.contains("Не поднялся туннель до DC2"))
+            .unwrap_or_else(|| panic!("причина отказа не попала в журнал: {events:?}"));
+        assert!(
+            named.contains("127.0.0.1"),
+            "в журнале должен быть назван адрес, до которого не дошли: {named}"
+        );
+
+        stats.stop();
+        let _ = server.await.unwrap();
+    }
+
+    /// Строка, не похожая на имя хоста, отбрасывалась молча, и «воркер
+    /// настроен» ничем не отличалось от «воркера нет» (by-sonic/tglock#50).
+    #[test]
+    fn a_worker_domain_is_confirmed_or_named_as_rejected() {
+        let stats = Stats::new();
+        stats.set_worker_domain("https://mine.workers.dev/, spare.workers.dev");
+        let events = stats.drain_events();
+
+        assert!(
+            events
+                .iter()
+                .any(|event| event.contains("https://mine.workers.dev/")
+                    && event.contains("не похож на имя хоста")),
+            "отвергнутый домен должен быть назван вместе с причиной: {events:?}"
+        );
+        assert!(
+            events
+                .iter()
+                .any(|event| event.contains("в списке маршрутов: spare.workers.dev")),
+            "принятый домен нужно подтвердить, иначе проверить нечем: {events:?}"
+        );
+    }
+
+    /// Ping от той стороны обязан получить Pong, и туннель обязан это пережить.
+    ///
+    /// Ping приходит в читающую половину, а отвечать на него должна пишущая.
+    /// Единственный маршрут, где Ping вообще бывает, — Cloudflare Worker:
+    /// у Telegram его нет. Поэтому поломка на этом пути видна только тем, у
+    /// кого настроен воркер (by-sonic/tglock#42).
+    #[allow(clippy::result_large_err)]
+    #[tokio::test]
+    async fn a_ping_is_answered_and_the_tunnel_survives_it() {
+        use futures_util::{SinkExt, StreamExt};
+
+        let relay_listener = TcpListener::bind("127.0.0.1:0").await.unwrap();
+        let relay_port = relay_listener.local_addr().unwrap().port();
+        let (report_tx, report_rx) = tokio::sync::oneshot::channel::<Result<Vec<u8>, String>>();
+
+        tokio::spawn(async move {
+            let (tcp, _) = relay_listener.accept().await.unwrap();
+            let mut websocket =
+                tokio_tungstenite::accept_hdr_async(tcp, |_: &Request, mut response: Response| {
+                    response.headers_mut().insert(
+                        "Sec-WebSocket-Protocol",
+                        "binary".parse().expect("static header value"),
+                    );
+                    Ok(response)
+                })
+                .await
+                .unwrap();
+
+            let init = match websocket.next().await {
+                Some(Ok(Message::Binary(data))) => data,
+                other => {
+                    let _ = report_tx.send(Err(format!("ожидался init, пришло {other:?}")));
+                    return;
+                }
+            };
+            let header: [u8; INIT_LEN] = init.as_slice().try_into().unwrap();
+            let mut relay = crate::mtproto::test_relay_peer(&header);
+
+            websocket
+                .send(Message::Ping(b"keepalive".to_vec()))
+                .await
+                .unwrap();
+
+            let mut answered = false;
+            let mut payload = Vec::new();
+            while payload.is_empty() {
+                match websocket.next().await {
+                    Some(Ok(Message::Pong(pong))) => {
+                        answered = pong == b"keepalive";
+                    }
+                    Some(Ok(Message::Binary(mut data))) => {
+                        relay.decrypt(&mut data);
+                        payload.extend_from_slice(&data);
+                    }
+                    Some(Ok(_)) => {}
+                    other => {
+                        let _ = report_tx.send(Err(format!(
+                            "туннель закрылся до полезных данных: {other:?}"
+                        )));
+                        return;
+                    }
+                }
+            }
+            let _ = report_tx.send(if answered {
+                Ok(payload)
+            } else {
+                Err("Pong не пришёл".to_owned())
+            });
+        });
+
+        let stats = Stats::new();
+        stats.transport.force_local_route(relay_port);
+        let (port, server) = start_proxy(stats.clone(), false).await;
+
+        let init = unambiguous_client_init(&stats.secret, -4);
+        let mut peer = crate::mtproto::test_client_peer(&init, &stats.secret);
+        let mut client = TcpStream::connect(("127.0.0.1", port)).await.unwrap();
+        client.write_all(&init).await.unwrap();
+
+        // Клиент шлёт после Ping'а: если ответ на Ping ломает пишущую половину,
+        // это не дойдёт.
+        tokio::time::sleep(Duration::from_millis(200)).await;
+        let request = b"a request sent after the ping".to_vec();
+        let mut wire = request.clone();
+        peer.encrypt(&mut wire);
+        client.write_all(&wire).await.unwrap();
+
+        let report = tokio::time::timeout(Duration::from_secs(5), report_rx)
+            .await
+            .expect("реле должно доложить о результате")
+            .unwrap();
+        assert_eq!(report, Ok(request), "Ping не должен ломать туннель");
+
+        stats.stop();
+        let _ = server.await.unwrap();
+    }
+
+    /// Клиент, открывший соединение и промолчавший, обязан быть посчитан.
+    ///
+    /// До этого он не попадал никуда: `не опознано` растёт только когда запрос
+    /// пришёл и не разобрался. Репортёр #42 видел, что телефон переоткрывает
+    /// соединение примерно раз в десять секунд — ровно период `IO_TIMEOUT`, —
+    /// и проверить это по диагностике было нечем.
+    #[tokio::test(start_paused = true)]
+    async fn a_client_that_says_nothing_is_counted_and_named() {
+        let stats = Stats::new();
+        let (port, server) = start_proxy(stats.clone(), false).await;
+
+        // Соединение открыто и молчит. Время в тесте идёт само, как только
+        // рантайму больше нечего делать.
+        let _client = TcpStream::connect(("127.0.0.1", port)).await.unwrap();
+
+        // Бюджет ожидания должен быть больше `IO_TIMEOUT`: время в тесте
+        // виртуальное и прыгает к ближайшему сроку, поэтому пятисекундный
+        // предел `wait_until` сработал бы первым.
+        tokio::time::timeout(Duration::from_secs(60), async {
+            while stats.silent_clients.load(Ordering::Relaxed) == 0 {
+                tokio::time::sleep(Duration::from_millis(50)).await;
+            }
+        })
+        .await
+        .expect("молчащий клиент должен быть посчитан");
+        assert_eq!(
+            stats.unknown_clients.load(Ordering::Relaxed),
+            0,
+            "молчание — не то же самое, что неразобранный запрос"
+        );
+
+        let events = stats.drain_events();
+        assert!(
+            events
+                .iter()
+                .any(|event| event.contains("не прислал ни байта")),
+            "в журнале должно быть сказано, что клиент молчал: {events:?}"
+        );
+
+        stats.stop();
+        let _ = server.await.unwrap();
+    }
+
     #[tokio::test]
     #[ignore = "requires live Telegram network access"]
     async fn accepts_mtproto_and_builds_live_media_tunnel() {

src/transport.rs

@@ -87,6 +87,15 @@ impl Route {
     }
 }
 
+/// Что случилось с доменами Worker'а, которые задал пользователь.
+#[derive(Clone, Debug, Default, Eq, PartialEq)]
+pub struct WorkerDomains {
+    /// Домены, попавшие в список маршрутов.
+    pub accepted: Vec<String>,
+    /// Строки, не похожие на имя хоста, — маршрута из них не вышло.
+    pub rejected: Vec<String>,
+}
+
 #[derive(Clone, Debug)]
 pub struct ConnectedRoute {
     pub route: Route,
@@ -151,15 +160,29 @@ impl TransportEngine {
         Self::default()
     }
 
-    pub fn set_worker_domains(&self, domains: &[String]) {
-        let mut normalized = Vec::new();
+    /// Задать домены Worker'ов, вернув принятые и отвергнутые по отдельности.
+    ///
+    /// Отвергнутые возвращаются, потому что раньше они отбрасывались молча:
+    /// вписанный со схемой или слэшем `https://name.workers.dev/` не проходил
+    /// проверку, маршрут не появлялся, и «воркер настроен» ничем не отличалось
+    /// от «воркера нет» (by-sonic/tglock#50).
+    pub fn set_worker_domains(&self, domains: &[String]) -> WorkerDomains {
+        let mut accepted = Vec::new();
+        let mut rejected = Vec::new();
         for domain in domains {
-            let domain = domain.trim().to_ascii_lowercase();
-            if valid_domain(&domain) && !normalized.contains(&domain) {
-                normalized.push(domain);
+            let trimmed = domain.trim();
+            if trimmed.is_empty() {
+                continue;
+            }
+            let normalized = trimmed.to_ascii_lowercase();
+            if !valid_domain(&normalized) {
+                rejected.push(trimmed.to_owned());
+            } else if !accepted.contains(&normalized) {
+                accepted.push(normalized);
             }
         }
-        *self.worker_domains.lock().unwrap() = normalized;
+        *self.worker_domains.lock().unwrap() = accepted.clone();
+        WorkerDomains { accepted, rejected }
     }
 
     pub async fn connect(
@@ -179,18 +202,22 @@ impl TransportEngine {
                 }
                 Err(error) => {
                     self.record_failure(&route);
-                    errors.push(format!(
-                        "{} via {}: {}",
-                        route.websocket_host, route.connect_host, error
-                    ));
+                    let attempt = format!("{} — {}", route.connect_host, error);
+                    if !errors.contains(&attempt) {
+                        errors.push(attempt);
+                    }
                 }
             }
         }
 
+        // Текст читает человек: он попадает в журнал событий, и по нему
+        // отличают «провайдер режет закреплённые адреса» от «воркер отвечает
+        // отказом». Раньше причина отказа не доходила никуда, и при
+        // `туннелей 0` узнать, почему их ноль, было нечем (by-sonic/tglock#50).
         Err(format!(
-            "all Telegram routes for DC{}{} failed: {}",
+            "Не поднялся туннель до DC{}{}: {}",
             dc,
-            if media { " media" } else { "" },
+            if media { " (медиа)" } else { "" },
             errors.join("; ")
         ))
     }
@@ -376,8 +403,8 @@ async fn connect_route(route: &Route) -> Result<TelegramWebSocket, String> {
         TcpStream::connect((route.connect_host.as_str(), route.port)),
     )
     .await
-    .map_err(|_| "TCP connect timeout".to_owned())?
-    .map_err(|error| format!("TCP connect: {}", error))?;
+    .map_err(|_| "не отвечает (таймаут TCP)".to_owned())?
+    .map_err(|error| format!("соединение не открылось: {}", error))?;
     tcp.set_nodelay(true)
         .map_err(|error| format!("TCP_NODELAY: {}", error))?;
 
@@ -402,9 +429,9 @@ async fn connect_route(route: &Route) -> Result<TelegramWebSocket, String> {
             tokio_tungstenite::client_async(request, MaybeTlsStream::Plain(tcp)),
         )
         .await
-        .map_err(|_| "WebSocket timeout".to_owned())?
+        .map_err(|_| "таймаут WebSocket".to_owned())?
         .map(|(websocket, _)| websocket)
-        .map_err(|error| format!("WebSocket handshake: {}", error));
+        .map_err(|error| format!("рукопожатие WebSocket: {}", error));
     }
 
     // The URI host remains the real Telegram hostname even when the TCP socket
@@ -417,7 +444,7 @@ async fn connect_route(route: &Route) -> Result<TelegramWebSocket, String> {
         tokio_tungstenite::client_async_tls_with_config(request, tcp, None, Some(connector)),
     )
     .await
-    .map_err(|_| "TLS/WebSocket timeout".to_owned())?
+    .map_err(|_| "таймаут TLS/WebSocket".to_owned())?
     .map(|(websocket, _)| websocket)
     .map_err(|error| format!("TLS/WebSocket handshake: {}", error))
 }
@@ -612,7 +639,7 @@ mod tests {
     #[test]
     fn worker_domains_are_rejected_unless_they_are_plain_hostnames() {
         let engine = TransportEngine::new();
-        engine.set_worker_domains(&[
+        let result = engine.set_worker_domains(&[
             "https://scheme.workers.dev".to_owned(),
             "with.a/path".to_owned(),
             "no-dot".to_owned(),
@@ -633,6 +660,17 @@ mod tests {
             .filter(|route| route.kind == RouteKind::CloudflareWorker)
             .collect();
         assert_eq!(workers.len(), 1, "only the valid hostname may survive");
+        assert_eq!(result.accepted, vec!["good.workers.dev".to_owned()]);
+        assert!(
+            result.rejected.contains(&"https://scheme.workers.dev".to_owned()),
+            "отвергнутая строка обязана вернуться названной, иначе о ней некому              сообщить: {:?}",
+            result.rejected
+        );
+        assert!(
+            !result.rejected.iter().any(String::is_empty),
+            "пустая строка — не то, о чём стоит предупреждать: {:?}",
+            result.rejected
+        );
         assert_eq!(workers[0].websocket_host, "good.workers.dev");
     }
 

tauri.conf.json

@@ -1,7 +1,7 @@
 {
   "$schema": "https://schema.tauri.app/config/2",
   "productName": "TGLock",
-  "version": "2.0.0-beta.12",
+  "version": "2.0.0-beta.14",
   "identifier": "com.bysonic.tglock",
   "mainBinaryName": "tglock",
   "build": {

ui/main.ts

@@ -15,6 +15,8 @@ type Status = {
   blocked: number;
   /// Клиенты, которые дошли, но не сумели договориться о рукопожатии.
   unknownClients: number;
+  /// Соединения, которые открылись и ничего не прислали до таймаута.
+  silentClients: number;
   uptimeSeconds: number;
   port: number;
   /// Адрес для других устройств. Приходит только в LAN-режиме.
@@ -47,6 +49,7 @@ let status: Status = {
   routeFailures: 0,
   blocked: 0,
   unknownClients: 0,
+  silentClients: 0,
   uptimeSeconds: 0,
   port: 1080,
   shareAddress: null,
@@ -297,6 +300,10 @@ function renderDiagnostics(): void {
           <span>Не опознаны</span>
           <strong>${status.unknownClients}</strong>
         </article>
+        <article class="metric-card">
+          <span>Промолчали</span>
+          <strong>${status.silentClients}</strong>
+        </article>
       </div>
 
       <p class="field-hint">

worker/tglock-worker.js

@@ -68,12 +68,25 @@ export default {
       }
     };
 
+    // Запись сериализуется: следующий чанк уходит только после того, как
+    // записан предыдущий, и только когда писатель к этому готов.
+    //
+    // Раньше `write()` вызывался поверх незавершённого, а `writer.ready` не
+    // спрашивался вовсе — backpressure не применялся. Пока в клиенте отправка
+    // голодала, поверх воркера настоящего потока вверх не бывало и это не
+    // проявлялось. Как только голодание починили, в воркер пошёл настоящий
+    // поток (by-sonic/tglock#42).
+    let pending = Promise.resolve();
+
     server.addEventListener("message", (event) => {
       const chunk =
         event.data instanceof ArrayBuffer
           ? new Uint8Array(event.data)
           : event.data;
-      writer.write(chunk).catch(shutdown);
+      pending = pending
+        .then(() => writer.ready)
+        .then(() => writer.write(chunk))
+        .catch(shutdown);
     });
     server.addEventListener("close", shutdown);
     server.addEventListener("error", shutdown);